Домашнее насилие убийство

Предлагаем статью на тему: "Домашнее насилие убийство" с полным описанием проблемы и дополнительными данными. Актуальность информации на 2020 год и другие нюансы можно уточнить у дежурного юриста.

Домашнее насилие: как оградить жертву от агрессора

В Госдуме пообещали к 1 декабря закончить работу над законопроектом о домашнем насилии. Там уже появилось абсолютно новое для нашей страны юридическое понятие — «преследование». Это значит, что тиран не сможет приблизиться к своей жертве. Допустимое расстояние, на котором они смогут находиться друг от друга, будет регулироваться законом. Такая практика уже существует в ряде стран и неплохо работает.

Еще летом Светлана Костенко смотрела на себя совсем иначе: тогда в зеркале отражалась женщина, искалеченная и физически, и морально. Муж избил Светлану на глазах у ребенка. Благодаря врачам сейчас она прекрасно выглядит, однако лечение продолжается. В трудный момент женщине помогла мама: она сидела с малышом, пока Света лежала в больнице, и помогла с жильем, пока Света искала себе крышу над головой. Иначе пришлось бы просить убежища в кризисном центре.

Светлана Костенко: «Слава богу, были силы . У меня есть ребенок, есть ради чего жить. Другим женщинам, которые в такую ситуацию попали, я желаю концентрироваться на своих детях, на своем прекрасном, светлом будущем, которое ждет их впереди».

Пока на высшем уровне решают, каким должен быть закон о домашнем насилии, Светлана просит для начала хотя бы просто изменить отношение к конфликтам.

Адвокат, который работает в США под именем Гарри Грант, а в России — под именем Игорь Храпов, весьма компетентно может сравнить, как с домашнем насилием борются здесь и как за океаном.

Гарри Грант, адвокат: «Полиция моментально реагирует на подобные звонки. Это общепринятая практика, что домашнее насилие может привести к убийству. Конечно же, полиция не отнекивается и не пропускает мимо такие звонки, немедленно реагирует на подобные обращения. Один пример из моей недавней практики: время реагирования в городе , который находится недалеко от Майами, составило 7 минут 59 секунд. Если полиция халатно отреагирует на звонок, они могут стать ответчиками по гражданскому иску».

Если американские полицейские по прибытии на место конфликта найдут в доме неоспоримые следы насилия, то агрессора задержат. В течение 24 часов он предстанет перед судом, где решится вопрос об аресте. На первый раз обычно прощают, но при условии, что домашний тиран пройдет специальную терапию, за которую заплатит из своего кармана. В то же время жертва преступления может обратиться в суд за защитой.

Гарри Грант: «Наверное, было бы полезно использовать в России практику запретительных приказов суда в отношении подобного рода преступников. Так называемый restraining или protective order, в котором судья прописывает конкретные меры в отношении нарушителя. Это может быть и запрет приближаться к жертве преступления ближе чем, скажем, 100 или 150 метров. От штата к штату это расстояние может варьироваться».

КОНСУЛЬТАЦИЯ ЮРИСТА


УЗНАЙТЕ, КАК РЕШИТЬ ИМЕННО ВАШУ ПРОБЛЕМУ — ПОЗВОНИТЕ ПРЯМО СЕЙЧАС

8 800 350 84 37

И это касается каждого. Вспомнить хотя бы давний семейный конфликт Мэла Гибсона и пианистки Оксаны Григорьевой. Тогда суд запретил актеру приближаться к бывшей супруге ближе чем на 100 метров. Никаких звонков, электронных писем, сообщений.

Большой шаг сделан и в российском законопроекте о домашнем насилии — уже появилось такое юридическое понятие как «преследование». Ведь обидчик может запросто перейти от физического насилия к психологическому: угрожать, унижать, оказывать давление, отравлять жизнь.

Оксана Пушкина, депутат Государственной думы: «Все понятия будут новыми. Поэтому и понятие „преследование“ уже прописано нашими юристами и нашими законодателями. Если сейчас рассуждать только о преследовании, то, на мой взгляд, это необходимо, потому что это очень серьезная проблема в такого рода конфликтах. Мы сдвинули очень мощную глыбу сопротивления. И, слава богу, людей за здравый смысл в России больше».

Пока не совсем ясно, смогут ли вписаться в российскую действительность запреты на приближение к потерпевшему. у жертвы и абьюзера обычно общее жилище. Не выселять же на улицу?

Александр Бенхин, адвокат: «Если он там прописан, это его единственное жилье, а если оно еще взято в ипотеку, например, то как его можно удалить и не дать ему приблизиться к месту проживания жертвы? То есть его можно условно посадить на 15 суток, но со спецпрограммой, чтобы он в это время слушал полезные лекции о том, что женщин бить плохо».

Хотя в случае с Маргаритой Грачёвой, которую изувечил супруг, запретительная мера стала бы спасением. Женщина живет в страхе, что после тюрьмы мучитель начнет искать с встреч с матерью своих детей. И кто знает, что там у него на уме? Маргарита начала с чистого листа, как и другая жертва домашнего насилия Светлана Костенко, поселившаяся в новой квартире. пока не знает ее адреса. Светлана хотела бы вычеркнуть из жизни этого человека. Но не может. у них общий сын. И папа рано или поздно захочет с ним видеться.

Зверское убийство после угроз: полиция не спасла женщину от

Кто займется профилактикой домашнего насилия?

Заниматься делами, связанными с домашним насилием, будут органы внутренних дел, прокуратура, уполномоченный по правам человека и уполномоченный по правам человека, организации социального обслуживания (кризисные центры, центры экстренной психологической помощи) и медицинские организации, общественные объединения и НКО.

Сотрудники ОВД, согласно документу, ведут профилактический учет, профилактический контроль и профилактические беседы, принимают заявления о факте насилия или его угрозе. Они же выносят защитное предписание для жертвы или же обращаются за ним в суд.

Органы управления социальной защиты населения субъектов (к ним относятся государственные региональные органы) должны предоставлять жертвам социальные услуги, заниматься профилактическим воздействием (социальная адаптация и реабилитация жертв домашнего насилия, специализированные психологические программы), информировать органы внутренних дел о случаях семейного насилия или его угрозы.

Организации соцзащиты предоставляют срочную помощь потерпевшим на основе заявления, поданного самой жертвой либо через законного представителя. Заявление может быть инициировано должностным лицом профильных органов и организаций.

Надпись на плакате — отсылка к истории Маргариты Грачевой, которая лишилась кистей рук после избиения мужем. Фото: Светлана Виданова / «Новая газета»

Закон подразумевает возможность создания специализированного социального обслуживания (они могут быть негосударственными и некоммерческими) для адаптации и реабилитации жертв домашнего насилия. Они должны оказывать не только срочную социально-психологическую помощь пострадавшим, но и правовую, медицинскую помощь, педагогические и экономические услуги.

Попова при этом указывает, что, исходя из закона «О государственной социальной помощи», рассчитывать на бесплатные услуги могут только нуждающиеся люди — например, малоимущие. Она настаивает, что признанная жертва домашнего насилия должна получать юридическую помощь бесплатно.

Такие организации по закону тоже должны информировать сотрудников ОВД о фактах семейного насилия либо же о его угрозах или предоставлять им данные о обратившимися за помощью «в связи с проведением расследования, осуществлением прокурорского надзора или судебным разбирательством».

Читайте так же:  Развод между супругами без детей

Общественные объединения и НКО среди прочего могут содействовать примирению агрессора и жертвы. Против этого выступает Попова: она утверждает, что за примирением обычно следует новый эпизод насилия над потерпевшей, нередко заканчивающийся убийством.

«Примирение означает, что жертве говорят: “Дура, сама виновата. А дети, а семья?! Примирись с Васей быстренько! ” А Вася чувствует, что за ним вся мощь государства», — говорит Попова.

Юрист также настаивает на необходимости межведомственной коммуникации. «Статистику должны собирать разные субъекты. Полиция — свою, органы соцзащиты — свою, а медики — свою. Потому что, поверьте, статистика у них будет разная», — согласна с коллегой Мари Давтян.

Домашнее насилие может обернуться страшной трагедией. В начале января школьник Никита Гусятников зашел в родительскую спальню и увидел там окровавленную мать. Перед глазами мальчика до сих пор стоит страшная картина: бордовые пятна на полу и стенах, насквозь пропитанные кровью простыни, а на них истерзанное тело мамы. Убийца нанес Елене 57 ударов ножом.

Кровь была на шторах и окнах. Когда стало известно имя преступника, мама девушки чуть не потеряла сознание: дочь погибла от рук собственного мужа Сергея Гусятникова. Он постоянно устраивал жене сцены ревности, а когда та заговорила о разводе, вывез в лес, выхватил нож и начал угрожать расправой. По словам матери убитой, однажды дочь вернулась из леса с кровью на футболке, но участковый уговорил ее не затевать разбирательство. Спустя время женщина была убита мужем, которого приговорили за это к 9 годам лишения свободы.

Анна Верба, мать убитой: «Дочери было 28 лет. Она не могла с ним больше жить, она развивалась, много работала, а он в полиции сутки через трое. Мы живем в той же квартире, где он мою дочь убил. Там все напоминает о том страшном преступлении».

В студию программы «Звезды сошлись», темой которой стало домашнее насилие, пришел сын убитой. Никита признался, что хочет взять фамилию матери и никогда больше не видеть своего отца.

Ссылка дня: Скольких женщин осудили за убийство в результате самозащиты

В РУБРИКЕ «ССЫЛКА ДНЯ»

мы рекомендуем материалы других изданий на темы, заслуживающие внимания.

Доля приговоров, вынесенных женщинам по части 1 статьи 105 УК, которые алгоритм связал с домашним насилием, совпала с оценками правозащитников и составила 80 процентов (1978). В 97 процентах убийств, связанных с таким насилием, как орудие убийства упоминается нож, как правило, кухонный. Часто речь идёт об одном ударе в грудь.

Издание «Медиазона» опубликовало лонгрид о женщинах, осуждённых за убийство из-за самообороны при домашнем насилии. Согласно собранной ими статистике, в период с 2016 по 2018 год две с половиной тысячи россиянок получили приговоры по части 1 статьи 105 УК «Убийство».

По данным Human Rights Watch, 92 % преступлений, направленных на членов семьи, совершаются в отношении женщин . Однако при попытке самообороны пострадавшая сторона попадает под уголовную ответственность. По словам адвоката сестёр Хачатурян Алексея Паршина, 80 % осуждённых по статье об убийстве женщин подвергались домашнему насилию.

При этом в 89,2 % случаев конфликт был инициирован жертвой преступления — чаще всего мужем, сожителем, отцом или братом. Алгоритм машинного обучения, который использовала команда издания, на основе двухсот уголовных дел, связанных с домашним насилием, показал, что чаще всего (97 %) орудием причинения смерти выступал кухонный нож. Зачастую речь может идти об одном ударе, нанесённом в грудь.

«Медиазона» приводит данные американских активистов движения Women’s March и «Американского союза защиты гражданских свобод», которые отмечают, что в общемировой судебной практике за убийство партнёра женщины получают до пятнадцати лет тюрьмы, а мужчины почти в два раза меньше — до шести лет. При этом уточняется, что в большинстве случаев женщины причиняли смерть, оказывая сопротивление.

Хотел сбросить с балкона, душил, избивал в постели: четыре страшные истории о домашнем насилии

Андрей и Наташа. «Ты должна мне ноги мыть и эту воду пить»

Анна и Иван. «Ты моя, что хочу, то и делаю»

Олеся и Тимур. «Изменял мне, когда я была на 8-м месяце беременности»

– С Тимуром мы прожили вместе два замечательных года. Это был очень заботливый человек, семьянин. Он красиво ухаживал, дарил цветы, писал романтичные смски. Мы поженились, я забеременела, – рассказывает Олеся. – Когда я была на восьмом месяце, его поведение вдруг круто изменилось.

Мужа подолгу не было дома, ему безразлично стало мое состояние. Сначала я связывала его постоянное отсутствие с работой. Он приезжал после трехдневного отсутствия, поест, помоется, выведет меня на конфликты и уедет. Это уже позже я узнала, что у него появилась другая. Он отдыхал с любовницей на турбазе в тот момент, когда я лежала в больнице.

Олеся в ужасе прожила целый месяц, потому что не понимала, что происходит с ее мужчиной.

– Я пыталась поговорить с ним. Если это была какая-то беда, я бы все силы приложила, чтобы исправить это.

Женщина родила здоровую девочку, а в день выписки муж предпочел провести время с любовницей.

– Я приняла решение всё изменить. Озвучила это Тимуру, он раскаялся: мол, я всё осознал, давай сохраним семью, я тебя люблю. В тот момент я очень хотела ему верить и поверила.

Вскоре квартиру, в которой жила молодая семья, пришлось продать. Супруги переехали к маме Тимура.

– Месяц спустя после ужасной жизни, которая сопровождалась постоянными драками, отъездами мужа, я поняла, что надо расходиться.

Я круглосуточно находилась в затравленном состоянии. Тимур стал со мной жестоко обращаться – если раньше мог просто грубо оттолкнуть, то потом швырял меня, как вещь.

Может, я где-то провоцировала его, но мне было больно, я не могла об этом молчать.

Свекровь помогала мне с ребенком и со временем взяла на себя все обязанности по уходу за крошкой. Потом она, видя меня, затравленную и угнетенную, полностью отстранила меня от «кормлений и пеленаний». И когда в один момент я психанула и сбежала из дома, ребенка мне уже не отдали. Я сняла квартиру, но дочку забрать так и не смогла, меня просто не пускали на порог.

Несколько месяцев я ходила по инстанциям, но тщетно. Мне давали устные рекомендации, а мне нужна была физическая помощь. Муж меня оскорблял по телефону, угрожал. Даже заявился ко мне на работу со своей мамой! Они пришли к начальнице и просили ее меня образумить – я должна была отказаться от ребенка. К счастью, у меня адекватное руководство.

У Олеси уже опустились руки. Она пришла к инспектору ПДН и предупредила, что воспользуется единственным выходом, который видела в тот момент, – пойти на Первый канал и на всю страну рассказать свою историю.

– В тот же вечер мне ребенка принесли, я уехала в Тулу. Здесь я почувствовала больше сил, особенно когда обратилась в Кризисный центр. Но террор со стороны мужа продолжался, он хотел вернуть ребенка. Я уверена, что наша дочка была разменной монетой, чтобы наказать меня. Тимур с мамой «атаковали» Кризисный центр, как-то отслеживали мою геолокацию.

Читайте так же:  Замена птс в связи со сменой фамилии

Несколько месяцев назад Олеся подала на развод.

– Я очень боялась, что, когда пройдет суд, его не остановит решение, он увезет от меня ребенка. Но работа психологов делает свое дело. Сейчас я себя чувствую очень уверенно. Я уже не боюсь его. Мои рекомендации женщинам, которые попадают под насильственные действия, – отсекать это сразу.

Моя большая ошибка была в том, что я сама себя затянула в эту яму. Если бы я приняла решение сразу, всё сложилось бы проще.

Если он ударил – надо уходить. Сила удара, как и степень наглости, приобретает всё больший масштаб. Когда ты простил человека за его зверское поведение, он остался безнаказанным. Ребенок, который растет в семье, не должен видеть это насилие, эти ужасы!

. Женщина признается, что хотела уйти от мужа тихо-мирно. Она не собиралась прятать ребенка от мужа и свекрови. Но из-за неадекватной реакции Тимура молодой маме приходится скрываться в стационарном отделении социальной реабилитации для женщин и детей Кризисного центра. Супруг говорит, что борется за малышку, но при этом не предоставляет никакой физической или финансовой помощи.

– Конечно, не так я себе декрет представляла. Жаль, что в нашем государстве так долго тянется бракоразводный процесс. Мы бы уже жили спокойно, но пока вынуждены скрываться. А я хочу успеть насладиться материнством! Мне кажется, сейчас муж тоскует по мне. Пишет красивые смски, предлагает вернуться. Но меня это уже не трогает. Точка невозврата пройдена.

Вернулась к родителям без зубов и инвалидом: истории уфимок, переживших домашнее насилие

Статистика неумолима – случаи насилия в семье давно стали обыденной реальностью. Криминальные сводки регулярно пестрят новостями о женщинах, избитых (нередко искалеченных или вовсе убитых) собственными мужьями. Недавно « КП » уже публиковала статью о бытовом насилии, с советами и комментариями психолога и юриста, а также контактами кризисных центров в Башкирии. Сегодня мы хотим поведать две жизненные истории, похожие по своей сути, только вот исход этих историй, увы, разный. Все имена и конкретные реалии, по понятным причинам, будут изменены.

НЕ ТЕРПЕТЬ ПОБОИ – РАЗВОД

Анатолий и Екатерина Ф. поженились в 2012 году. За плечами у 45-летнего Анатолия уже числились парочка неудачных браков, со скандальным разводом и двумя несовершеннолетними детьми в качестве бонуса. Екатерина не раз пыталась выяснить, в чем же причина такой ненависти бывших жен к ее благоверному, но муж отшучивался: «Одна скандалистка, другая психопатка – ну как с такими жить?»

Кате на момент замужества едва исполнилось 25, и будущая семейная жизнь рисовалась ей исключительно в розовых тонах: полная гармония и взаимопонимание в отношениях. Наспех пройденные курсы «Идеальной жены» в интернете придавали уверенности: ссорам не бывать!

Первый тревожный звоночек прозвенел уже через 3 месяца после свадьбы. Однажды вечером, после бурных возлияний в честь выходных, любящий супруг устроил скандал буквально на ровном месте. То, что жена находилась в положении, смутьяна не остановило. Тогда дело ограничилось парой оплеух, приправленных громкой нецензурной бранью. Проплакав всю ночь и посоветовавшись с мамой, Катя решила мужа простить – ну, с кем не бывает. День выдался трудный, на работе проблемы – в следующий раз сама буду умнее.

После рождения ребенка Толик будто с цепи сорвался – постоянно кричал, что ребенок много плачет и мешает ему спать. К жене список претензий был внушительнее: располнела, дома беспорядок, на плите горячий ужин не стоит… Катерина оправдывалась, мол, некогда, с грудным ребенком на руках не похозяйничаешь, но муж не унимался.

Екатерина Ф. Фото из личного архива

СТОЯЛА С РЕБЕНКОМ В РУКАХ, А МУЖ БИЛ МЕНЯ КУЛАКОМ В ЛИЦО

— В тот злополучный вечер Толя отправился к другу на день рождения. У Стасюшки зубки резались, все время плакала – и я попросила мужа прийти пораньше, помочь с ребенком. Но в обещанные 9 часов он так и не объявился, а на звонки не отвечал, — вспоминает Екатерина. – Явился он домой уже ночью, пьяный и злой. Я всего лишь спросила, почему так поздно, как он начал кричать матом, что ему все надоело, и он не обязан отчитываться…

От громких криков проснулась и расплакалась малышка. Катя взяла ее на руки, пытаясь успокоить, как вдруг к ней подошел разъяренный супруг.

— Я даже не успела ничего понять, как мне прилетел удар кулаком в лицо. Хотела инстинктивно прикрыться, но на руках был ребенок. А Толя, будто обезумевший, продолжал меня избивать. Я хотела закричать, позвать на помощь соседей – но он заткнул мне рот и стал душить, — с ужасом вспоминает Екатерина.

Чудом вывернувшись из цепкой хватки супруга, девушка босиком и с плачущим ребенком выбежала из квартиры и бросилась за помощью к соседям.

— Мне повезло, соседи проснулись от наших криков, и дверь открыли сразу же. Немного успокоившись, я вызвала такси и поехала к родителям. Те, конечно, хотели сразу обратиться в полицию, но я отговорила. Во-первых, не люблю выносить семейные разборки на всеобщее обсуждение, а во-вторых, его же все равно отпустили бы – и тогда бы мне пришел конец…

«НИ ИЗВИНЕНИЙ, НИ СЛОВ РАСКАЯНИЯ»

Наутро Анатолий, как ни в чем не бывало, уже интересовался у жены по телефону, когда та соизволит вернуться домой и приготовить ему обед. Извинений и раскаяния Екатерина также не дождалась. Возвращаться к тирану она отказалась наотрез.

— Мне, кстати, свекровь потом звонила, — вспоминает девушка. – Мол, не серчай уж на Толеньку, ну, выпил мужик, побуянил немного – с кем не бывает. Да и вообще, сама виновата – могла бы промолчать и не перечить мужу. Муж – всегда прав, а дело умной жены потакать ему во всем.

В разговоре и выяснилось, что предыдущие жены не просто так сбегали от «образцового» супруга. Регулярные побои и скандалы им просто не оставляли выбора. Правда, сам Анатолий так ничего и не понял, а потому считал виноватыми всех, кроме себя самого. Екатерина оказалась не исключением, и вскоре подала на развод. С бывшим мужем они видятся и общаются теперь крайне редко и только из-за дочери. А недавно Анатолий снова женился – долгим ли окажется его новый брак, покажет время.

«БОГ ТЕРПЕЛ И НАМ ВЕЛЕЛ»

Диана и Алексей Б. познакомились в интернете. Она – милая семейная девочка из семьи педагогов. Он – брутальный красавец из далекого Волгограда . Разные города и внушительная разница в возрасте в 15 лет не отпугнули Диану, и она, собрав наспех чемодан, уже через 2 недели ехала на поезде к своему избраннику.

— Алексей был такой внимательный, обходительный. Мы могли ночи напролет беседовать о любимой музыке или кино, а какие красивые стихи он мне каждый день присылал, — вспоминает Диана. – Поэтому, когда Алексей предложил мне выйти за него замуж, я, не раздумывая, согласилась.

Читайте так же:  Дают ли квартиру при усыновлении ребенка

Видео (кликните для воспроизведения).

Родители были в шоке от новоиспеченного зятя, а потому ехать в Волгоград на свадьбу наотрез отказались. Правда, уже через полгода молодые сами вернулись обратно в Уфу . Как выяснилось, в Волгограде у Алексея нет ни собственного жилья, ни работы. Зато имелась нехилая задолженность по алиментам двум сыновьям от предыдущего брака. О которых, естественно, муженек решил умолчать.

Диана. Фото из личного архива

— Родители нам выделили небольшую отдельную комнату в общежитии, купили необходимую мебель и технику, регулярно помогали деньгами и продуктами, – рассказывает Диана. – Алеша устроился на производство шофером, и вроде зажили спокойно, по-семейному. Правда, выпивать стал часто. Жаловался, что город ему наш не нравится, комнатушка тесная, да и вообще – любимой дочурке родители могли бы квартирку и освободить, а сами переехать в общежитие.

А однажды, поссорившись с тестем, Алексей заявил – будем жить самостоятельно, пусть твои родные сюда не приходят больше. Правда, совершенно не гнушался деньгами и продуктами, которые сердобольные родители продолжали передавать дочке.

А вскоре за Дианой стали замечать неладное: то синяк на пол-лица появится, то рука забинтованная, то на связь не выходит неделями. Дочь оправдывалась, мол, упала или собака соседская укусила. Мужа она упорно оправдывала – все хорошо в семье, не беспокойтесь.

«КОГДА МУЖ ПОНЯЛ, ЧТО СДЕЛАЛ ИЗ МЕНЯ ИНВАЛИДА, ПОПРОСТУ СБЕЖАЛ»

Через 3 месяца заплаканная Диана появилась на пороге отчего дома. С вещами и в ужасающем состоянии. Передние зубы полностью отсутствовали, девушка очень сильно похудела и осунулась, а когда разделась, родители с ужасом заметили многочисленные свежие и уже начинающие заживать синяки и кровоподтеки. На правом глазу появилось странное пятно, напоминающее старческое бельмо.

— Да, Алексей меня бил. Часто, почти каждый день. Но я молчала, стесняясь рассказать о своих проблемах, да и родители меня предупреждали. Как говорится, Бог терпел и нам велел, — вздыхает Диана. – Только однажды, когда я потеряла сознание на долгое время, муж понял, что, скорее всего, переборщил, и я попросту могу умереть. Он не придумал ничего другого, как собрать свои вещи и быстренько съехать, предварительно уведомив меня о том, что подает на развод. Наверное, я благодарна ему за этот первый шаг. Сама бы точно на него не отважилась – все-таки люблю его, не смотря ни на что.

И снова до полиции дело не дошло. Девушка строго-настрого запретила родителям даже думать об этом. А стоило бы – многочисленные сотрясения головного мозга, сильно упавшее зрение (врачи и вовсе прогнозируют возможную слепоту), выбитые зубы, физическое и моральное истощение… Слепая любовь или банальный страх? Что же остановило не только Диану, но и миллионы женщин, молчащих о своей беде?

МАЗОХИЗМ – ЭТО БОЛЕЗНЬ

Про семейное насилие было написано и сказано много раз. Но очень редко кто задумывается о том, что у всего есть свои предпосылки. Что абьюз (оскорбительное и насильственное поведение) не случается вот так – внезапно. Редакция КП обратилась к доктору медицинских наук, психологу и психоаналитику Марату Нуртдинову с вопросом: почему женщина молча терпит насилие в своей семье.

— Женщина, которую бьет муж – обыденная история не только в России , но в Европе и США . Традиции патриархального воспитания с его «Домостроем» не изжиты до сих пор. Именно поэтому, когда муж избивает жену, она терпит, в надежде сохранить семью, не понимая, какую на самом деле наносит психологическую травму своим детям. А самое ужасное, что даже если развод случается (а это крайне редкий случай), они снова находят себе такого же мужа — садиста. Я не зря упомянул о детях. В моей практике очень распространены случаи, когда отец избивает мать на глазах у дочери: у девочки закладывается жизненная установка, что это естественно, и в будущем она находит себе мужа-тирана.

Но почему же женщины считают себя виноватыми в бесчинствах супруга? Все просто, мазохизм – это диагноз, это болезнь. Стоически перенося все страдания, женщина чувствует себя святой. Насилие воспринимается как любовь, а это уже бессознательная установка из детства.

Болезненная привязанность, которая часто маскируется под отговорку «мне некуда идти», — это тоже мазохизм. Именно боязнь одиночества, а не другие причины, страшнее боли, причиняемой мужем. «Пусть бьет – значит любит. Пусть бьет – зато я не одинока, не брошена» — вот о чем думает женщина, не обращающаяся за помощью.

Кризисный центр – выход из ситуации?

— Кризисные центры, это, безусловно, необходимая вещь в нынешних реалиях, — подтверждает психоаналитик. — Там окажут и психологическую, и юридическую поддержку. Беда в том, что женщины редко обращаются за помощью – ведь они изначально считают себя плохими, ужасными, отвратительными. С другой стороны, они считают себя настолько самостоятельными и мужественными, что способны вынести такого дьявола, как их муж. И все им должны, ведь они спасают мир.

Жертвы домашнего ада. Превышение самообороны и насилие

В 2018 году за превышение допустимой обороны в России было осуждено в общей сложности 750 человек. Каждое десятое дело прекратили на стадии следствия или оправдали обвиняемого. По данным «Консорциума женских неправительственных объединений», ​многие из дел о превышении самообороны связаны с домашним насилием.

Сестер Хачатурян обвиняют в спланированном убийстве отца, который годами издевался над ними и принуждал их к действиям сексуального характера. Поскольку следствие вменяет им статью «Убийство группой лиц по предварительному сговору», то девушкам грозит пожизненное лишение свободы. Защита считает, что это было не убийство, а самооборона, поэтому дело должно быть прекращено.

Тело Михаила Хачатуряна, отца трех девочек, обнаружили вечером 27 июля 2018 года на лестничной клетке. У него было множество колото-резаных ран в области шеи и груди. В убийстве отца сестры сознались сразу после задержания. При этом у стороны защиты и стороны обвинения разные версии по поводу произошедшего.

По версии следователей, сестры дождались, пока отец уснет, и после этого нанесли ему ранения заранее заготовленными предметами: Ангелина – молотком, Мария – охотничьим ножом, а Кристина распыляла отцу в лицо газ из перцового баллончика, тем самым помешав ему сопротивляться.

По версии защиты, девушки не планировали убивать отца. Это произошло спонтанно. Таким образом сестры пытались защитить себя от насилия. Экспертиза показала, что последнее нападение на дочерей Михаил Хачатурян совершил незадолго до смерти, когда он, предположительно «наказывая» дочерей за беспорядок, по очереди вызывал их в свою комнату и распылял им в лицо перцовый газ.

В России почти все резонансные дела о превышении допустимой обороны проходят по одному сценарию: жертву признают виновной либо пытаются ее вину доказать.

Так произошло и с Александрой Иванниковой, которая, защищаясь от пытавшегося ее изнасиловать пьяного водителя, убила его. Женщина поссорилась с мужем и пошла в парк посидеть под “деревом примирения”. Когда собралась возвращаться домой, решила поймать машину. Первый водитель не довез ее до дома, так как после части пути поехал в другом направлении, а второй в качестве платы за проезд предложил сделать ему минет. После отказа Иванниковой он запер двери машины, отвез ее в темный переулок, стянул штаны и трусы. В сумке у Иванниковой был кухонный нож. Она ударила им водителя в ногу, но попала в артерию. В итоге тот умер от потери крови.

Читайте так же:  О взыскании алиментов и разделе имущества

Сначала Иванниковой вменялось умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, затем убийство, совершенное в состоянии аффекта. В итоге дело было прекращено после того, как прокурор признал действия женщины “необходимой самообороной”.

Мужчины убивают женщин. Проблема фемицида в мире и России

В 2012 году история повторилась с Татьяной Кудрявцевой. На нее напал мигрант из Узбекистана возле железнодорожной платформы Радищево Солнечногорского района Московской области. Он угрожал ей и пытался изнасиловать. С собой у Кудрявцевой был туристический нож. Им она и ударила нападавшего.

В итоге, несмотря на то что после произошедшего Кудрявцева вызвала скорую помощь и сама пришла в полицию, ее обвинили в умышленном убийстве. Благодаря освещению дела в СМИ его позже переквалифицировали в «превышение пределов необходимой обороны».

Через год, в 2013 году, двадцатилетняя чемпионка России по пауэрлифтингу среди юниоров Татьяна Андреева убила мужчину, который попытался ее изнасиловать, предварительно подсыпав ей клофелин в напиток. В итоге спортсменке дали семь лет колонии. На свободу по УДО она вышла в 2017 году.

В 2017 году похожая история произошла в Находке. Галина Каторова убила мужа, который избивал ее на протяжении нескольких лет. Женщина неоднократно жаловалась на избиения в полицию, но затем отзывала заявления, помирившись с мужем. В марте 2017 года, когда муж в очередной раз начал ее бить, Каторова несколько раз ударила его ножом. Сначала ей вменяли убийство, но потом защита обжаловала приговор, и Каторова была полностью оправдана. Полное оправдание по такому делу тогда произошло впервые в судебной практике.

В 2019 году в Геленджике на восемь лет осудили Кристину Шидукову, которая во время ссоры ударила мужа кухонным ножом. От полученного ранения он скончался на месте.

“На стадии следствия никто вопрос о необходимой обороне не ставил. При этом в деле Шидуковой совершенно ясно, что насилие в семье было, и насилие это совершал супруг, – говорит адвокат Шидуковой Алексей Иванов, который вступил в дело не с самого начала. О том, что муж издевается над ней, Кристина никому не рассказывала: во-первых, любила его, во-вторых, боялась, что из-за заявления в полицию у него могут появиться проблемы.

– В итоге все закончилось крайне печально. По статистике, подобные дела часто так и заканчиваются. Суды не хотят разбираться в ситуациях через призму необходимой обороны, поэтому, как правило, женщины, защищающиеся от насильника, признаются виновными в тяжком преступлении. Это печальная тенденция, которую необходимо менять”.

У всех дел, где женщина, защищаясь от повторного насилия или угрозы насилия, убивает мужчину, есть один схожий признак: жертва изначально признается виновной. То есть в вину возводится ее попытка обезопасить себя. При этом суды не учитывают того, что жертв насильников, не противостоящих агрессорам, потом часто находят задушенными или не находят вовсе. При этом реальное количество преступлений может быть намного больше, чем указано в официальной статистике, потому что, по данным центра помощи пережившим сексуальное насилие “Сестры”, в полицию обращаются только 10–12% жертв. Многие стыдятся об этом рассказывать, кто-то винит в случившемся себя и боится осуждения общества.

Иванов уверен, что проблема не решится, пока в России не появится закон о криминализации насилия, а положение женщины не начнет меняться. Если эти изменения не произойдут, даже работающий институт необходимой обороны не исправит ситуацию.

Место женщины с точки зрения мужчин

“Женщины сегодня реально нуждаются в защите. Что будет происходить, мне сказать сложно. Но в условиях российской патриархальной действительности и недостаточной работы механизма необходимой обороны, женщина оказывается в абсолютно невыгодном положении”, – считает адвокат.

Свою неэффективность институт необходимой обороны показал, однако, не только в делах, связанных с насилием в отношении женщин. Суды часто выносят обвинительные приговоры и в отношении тех, кто защищал свою семью от возможного нападения или свое имущество.

“Институт необходимой обороны в России мало распространен, а его применение вызывает серьезные затруднения. Проще осудить человека, чем оправдать, тем более когда есть преступление и есть человек, который его совершил. Вникать в мотивы его совершения никто не хочет”, – рассказывает Иванов.

В 2012 году в городе Богородицке Тульской области четверо вооруженных грабителей ворвались в дом, где были муж-бизнесмен, жена, их взрослая дочь и четверо малолетних детей, младшему из которых около года. Они начали избивать членов семьи. Предприниматель схватил кухонный нож и нанес троим нападавшим удары, от которых они скончались. Четвертому удалось скрыться. В итоге сначала СК заявил, что бизнесмен мог превысить пределы необходимой обороны, а потом отказался возбуждать в отношении него уголовное дело.

Определить, где именно проходят пределы допустимой обороны, не всегда просто. “Когда жертва оказывает отпор, она перенимает позицию агрессора, потому что сама начинает посягать на имущество или здоровье другого гражданина. Именно поэтому меры, которые применяет человек для своей защиты, должны быть соразмерны с тем, что ему в действительности угрожает. То есть жертва должна защищаться от нападения, но при этом не использовать чрезмерно свою защиту для того, чтобы совершить преступление большей степени тяжести”, – говорит Иванов.

По его словам, институт необходимой обороны в России есть. В Уголовном кодексе есть соответствующая статья, однако применяется она крайне редко. “Для того чтобы институт начал нормально функционировать, нам не хватает одного – воли правоприменителя и смелости. В России такой огромный процент обвинительных приговоров, потому что никто не хочет особо разбираться, потому что повестка дня сформулирована таким образом, что суд чаще всего соглашается с позицией обвинения”, – уточняет адвокат.

Монополия на насилие в России принадлежит государству, считает Иванов. “Когда обычный гражданин начинает использовать этот механизм самостоятельно, государство реагирует крайне остро”, – говорит защитник. По его мнению, именно это мешает судам использовать институт в полной мере для того, чтобы более детально разбираться с каждым отдельным случаем.

«В нынешнем виде закон нерабочий»

Эксперты раскритиковали официальную версию закона против домашнего насилия

  • На сайте Совета Федерации появился текст законопроекта «О профилактике семейно-бытового насилия». Общественная кампания в поддержку закона идет не первый год: в 2016 году в Госдуму уже вносили документ о профилактике домашнего насилия. Тогда он не дошел до первого чтения, а в 2017-м побои, впервые «совершенные в отношении близких лиц», декриминализовали: уголовная ответственность наступает только при повторном привлечении правонарушителя. В этот раз над созданием текста законопроекта трудилась рабочая группа при Совете Федерации. Юристы Мари Давтян и Алена Попова, которые изначально разрабатывали документ, считают текущую редакцию закона крайне неэффективной. Общественное обсуждение проекта продлится до 15 декабря — до этого времени в него можно внести поправки. Корреспондентка «Новой» вместе с экспертами разобралась, что сейчас не так с законопроектом.

    Читайте так же:  Экспертиза при разделе имущества супругов

    Что такое домашнее насилие и кто может стать его жертвой?

    Согласно документу, семейно-бытовое насилие — это «умышленное деяние, причиняющее или содержащее угрозу причинения физического и (или) психического страдания и (или) имущественного вреда, не содержащее признаки административного правонарушения или уголовного преступления».

    При этом физический вред — те же побои — всегда попадает под действие либо административного правонарушения, либо уголовного преступления, говорит член рабочей группы Совфеда по подготовке закона Мари Давтян. «Юридически и технически документ составлен так, что это просто невозможно использовать», — говорит юрист.

    «По сути, физическое насилие выпало из закона».

    «[На сайте] выложили только рамочный закон, но есть еще изменения в отдельные законодательные акты, которые идут приложением, — рассказывает Алена Попова, член рабочей группы по подготовке закона в Госдуме. — В том виде, в котором он сейчас написан, закон вообще нерабочий. Когда есть насилие, всегда есть признаки правонарушения или преступления».

    К «лицам, подвергшимся семейно-бытовому насилию», закон относит бывших и нынешних супругов, людей с общим ребенком, близких родственников и людей, живущих вместе и ведущих совместное хозяйство, «связанных свойством». Последняя формулировка важна: согласно семейному праву, «свойство» — это отношения между людьми, возникающие из брачного союза одного из родственников. Получается, что в текущей редакции жертвы домашнего насилия, живущие в гражданском браке, не могут рассчитывать на защиту от государства.

    Среди принципов закона о домашнем насилии оказывается не защита жертвы от агрессора, а «поддержка и сохранение семьи». Еще один принцип — «добровольность получения помощи» жертвами семейного насилия. Исключения — несовершеннолетние и недееспособные люди.

    Из-за чего можно возбудить уголовное дело о домашнем насилии?

    Заявление о факте домашнего насилия может подать пострадавшая(-ий) или его законный представитель. Дело также возбуждается по решению суда, из-за, информации, поступившей от органов власти, обращений граждан, узнавших о домашнем насилии. Если сотрудник ОВД установил факт насилия, также заводится дело.

    Однако о фактах угрозы граждане могут сообщать только в том случае, если потенциальная жертва находится в «беспомощном или зависимом состоянии». «По тексту закона, если граждане сообщат до «свершившегося насилия», а угрозы высказаны жертве, которая не находится в беспомощном или зависимом состоянии, то это не будет основанием для мер профилактики», — отмечает Алена Попова.

    Не только Хачатурян: другие громкие дела о насилии в РФ

    Многие вступились за сестер Хачатурян, переживших домашнее насилие и обвиняемых в убийстве отца. Их история вызвала дискуссию в обществе, но она не единственная. DW — о других громких делах.

    Дело сестер Хачатурян, которых обвиняют в убийстве отца, буквально раскололо российское общество на тех, кто осуждает сестер, и тех, кто их поддерживает. Уже год не утихает спор о том, имели ли право 19-летняя Крестина, 18-летняя Ангелина и 17-летняя Мария на самооборону, отвечая на насилие их 57-летнего отца Михаила Хачатуряна. 27 июля 2018 года его нашли мертвым с множественными ножевыми ранениями около собственной квартиры в Москве. Следствие обвинило сестер в убийстве по предварительному сговору. Теперь им грозит от 8 до 20 лет тюрьмы.

    С тем, что это именно умышленное убийство, многие оказались не согласны. Сестер Хачатурян поддержали известный блогер Юрий Дудь, оппозиционер Алексей Навальный, телеведущая Ксения Собчак, фронтмен рок-группы System of a Down Серж Танкян и сотни людей в России, Армении и других странах, которые вышли на одиночные пикеты. Все они просят признать убийство самообороной, которая понадобилась, чтобы прекратить сексуальное и физическое насилие отца трех дочерей. Оправдать сестер попросили еще более 200 тысяч человек в петиции.

    Дело Хачатурян и другие случаи домашнего насилия

    На фоне акций в поддержку сестер Хачатурян публичными становятся все новые случаи домашнего насилия . «Очевидно, что проблема системная, и на пикеты и акции протеста выходят не только в поддержку Хачатурян, — говорит глава проекта «Насилию.Нет» Анна Ривина. — Дел, похожих на это, полно по всей стране. Буквально на днях в Костроме бывший муж из ревности убил свою жену, до этого в Новосибирске муж украл свою бывшую жену, потому что она развелась с ним из-за домашнего насилия». Физически невозможно перечислить фамилии всех пострадавших, говорит эксперт. И это при том, что до 90 процентов жертв вообще не обращаются в полицию, чтобы не выносить сор из избы.

    Екатерина Самуцевич из Pussy Riot участвует в пикете в поддержку сестер Хачатурян

    Как правило, случаи домашнего насилия становятся публичными, когда доходит до смерти жертвы или насильника. В 2016 году жительница Орла 36-летняя Яна Савчук обратилась в полицию из-за угроз бывшего сожителя. На место приехала участковая Наталья Башкатова. Она пообещала женщине: «Если вас убьют, мы обязательно выедем, труп опишем, не переживайте». Через пять минут после отъезда участковой бывший сожитель до смерти избил Яну Савчук.

    Дело Кристины Шидуковой: молодая мать против мужа-насильника

    Жертвы, которые рискнули обороняться от насильников, крайне редко встречают поддержку в суде, говорят правозащитники. 4 июля в Геленджике присяжные осудили молодую 28-летнюю мать Кристину Шидукову. Та нанесла смертельный удар ножом избивавшему ее мужу. Обвинение настаивает на том, что убийство было умышленным, хотя судмедэкспертиза зафиксировала, что перед смертью муж действительно жестоко избивал Кристину. Теперь ей грозит до 15 лет тюрьмы. Под петицией в ее защиту уже собрано более ста тысяч подписей.

    Участник пикета у Следственного Комитета в Москве в поддержку сестер Хачатурян

    То, что дело Кристины появилось в публичном пространстве, — большая редкость и удача, уверена правозащитница, соосновательница движения «Стоп насилие» Алена Попова. В Геленджике немало семей, где хотя бы один из супругов воспитывался на Кавказе, поэтому побои и разборки в семье особенно замалчиваются. Муж Кристины как раз был этническим кавказцем. «В тишине ее уже давно посадили бы, обвинив в том, что она сама виновата — спровоцировала супруга. Хотя Кристина подвергалась избиениям несколько лет, даже в то время, когда была беременной», — говорит Попова.

    Дело Дарьи Агений — самооборона против изнасилования

    Другой пример — случай 19-летней Дарьи Агений. Год назад на девушку было совершено нападение. По словам Агений, она возвращалась ночью в хостел в Туапсе и по пути на нее напал и пытался изнасиловать пьяный местный житель. Дарья отбилась от него ножом для заточки карандашей: девушка много рисовала и носила его с собой в пенале.

    Видео (кликните для воспроизведения).

    Заявление в полицию она не подала: была уверена, что с мужчиной все в порядке, так как на ножике не было крови. Через месяц, когда девушка вернулась домой в подмосковные Химки, ее обвинили в «причинении тяжкого вреда здоровью». Сейчас уголовное дело против нее находится на стадии следствия в СК, девушке грозит до 9 лет лишения свободы.

    Источники

    Домашнее насилие убийство
    Оценка 5 проголосовавших: 1

    ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

    Please enter your comment!
    Please enter your name here